На главную

В научном кафе «Регенеративная медицина-2» принял участие Энтони Атала

Всемирно известный специалист по регенеративной медицине Энтони Атала приехал в Москву на второй международный научно-популярный фестиваль фонда «Династия» — «Жизнь. Версия науки».
Он стал главным гостем научного кафе, организованного фондом «Династия» и журналом «Химия и жизнь».

Энтони Атала (Anthony Atala, США) — доктор медицины, директор Института регенеративной медицины Уэйк Форест. Практикующий хирург и исследователь в сфере регенеративной медицины.
Сфера деятельности — выращивание человеческих клеток, тканей и органов.
Атала — сотрудник десятка специализированных журналов, в том числе главный редактор «Современных исследований и терапии стволовой клетки» (Current Stem Cell Research and Therapy) и «Терапевтических достижений урологии» (Therapeutic Advances in Urology).
Лауреат премии Фонда Христофора Колумба, финансируемой Конгрессом США, «за работу над открытием, которое окажет существенное влияние на общество». Лауреат премии «Золотой цитоскоп». Журнал Scientific American назвал его Врачом года (Medical Treatments Leader of the Year) за достижения в регенерации клеток, тканей и органов.
В 2006 году назван журналом Fast Company одним из 50 человек, которые «изменят наш образ жизни и работы в течение следующих 10 лет». В 2008 году журнал Esquire включил его в число 75 самых влиятельных людей XXI столетия.

Михаил Батин, фонд «Наука за продление жизни»
Михаил Батин

Кафе, которое состоялось 23 марта 2011 года, провели, как обычно,
журналисты Любовь Стрельникова и Сергей Катасонов.

Любовь СТРЕЛЬНИКОВА:
Год назад у нас на научном кафе «Регенеративная медицина-1» выступал Паоло Маккиарини, которого считают ведущим специалистом в Европе. Я бы хотела, чтобы Михаил Батин, глава фонда «Наука за продление жизни» рассказал, имел ли полезное продолжение тот визит профессора?

Михаил БАТИН, фонд «Наука за продление жизни»:
В декабре прошлого года в РНЦХ им. Петровского впервые в России была пересажена первая трахея, выращенная из собственных стволовых клеток пациентки. Наш фонд полтора года работал над тем, чтобы эту методику внедрили в России. Мы не только год назад пригласили профессора Маккиарини в Россию, где он дал несколько мастер-классов, но и организовали обучение наших двух хирургов и биолога в его институте в Барселоне.
Первую операцию у нас действительно успешно сделали, девушку спасли. Но это, к сожалению, еще не внедрение методики в России. Чтобы регенеративная медицина развивалась, а она в какой-то момент понадобится каждому человеку, нужно, чтобы сформировалась среда. А ее пока нет. И для этого каждый должен делать, что сможет.

Энтони Атала, директор Института регенеративной медицины Уэйк Форест
Энтони Атала

Любовь СТРЕЛЬНИКОВА:
Мы счастливы, что сегодня можем послушать специалиста номер один в США по регенеративной медицине.

Энтони АТАЛА:
Мой институт, в котором работает примерно 300 человек, начал эксперименты по регенеративной медицине 21 год назад. Мы начали с того, что изучали, как растут и развиваются стволовые клетки вне организма — ведь это первый вопрос, который надо было решить.
Самые простые для выращивания — те ткани, которые содержат один тип клеток. Это хрящевая ткань, кожа. Следующий уровень сложности — тубулярные органы (сосуды), они содержат два вида клеток. Третий уровень сложности — полые органы, такие как мочевой пузырь, матка. И, наконец, самые сложные, это сердце, почки. Ведь в них плотность клеток на единицу объема в разы больше, чем в полых органах.
Сегодня у нас в институте ведутся самые разные клинические испытания. В частности, мы уже можем взять кусочек ткани, размером в половину почтовой марки, и через два месяца получить количество клеток, которое может закрыть футбольное поле. При формировании сложных органов нужен каркас. Здесь может быть несколько подходов: донорские органы, отмытые от собственных клеток, либо каркас из биоматериала. На каркас мы послойно наращиваем собственные клетки пациента. Для сложных органов наращивание собственных клеток выглядит как 3d-печать. Только в принтер заправлены не чернила, а клетки определенного вида. Когда это все попадет в тело пациента, то, если все сделано правильно (выращены правильные клетки, подобраны ростовые факторы), организм сам сделает остальную работу.
Мочевой пузырь мы впервые пересадили 12 лет назад. Сегодня мы умеем выращивать многие полые органы и пересаживать их, а более сложные можем вырастить, но пока не пересаживаем.

Кевин Уорвик, профессор кибернетики, Университет Рединга (Великобритания)
Кевин Уорвик

Татьяна БАТЕНЕВА, «Известия»:
Мочевой пузырь, который вы пересаживаете пациенту, окружен нервными окончаниями? Иными словами орган иннервирован, и человек может им управлять как собственным? Потому что если нет, то зачем он тогда нужен?

Энтони АТАЛА:
Отличный вопрос. Когда мы пересаживаем выращенный мочевой пузырь, то это частично сформированный орган. Дальше через какое-то время организм сам довершает процесс. Образуются сосуды и нервные окончания. Потому что тело имеет свою программу регенерации, которую надо только правильно запустить. Ведь мы знаем, что каждые две недели регенерируется кожа, каждую неделю клетки кишечника, каждые 10 лет кости и каждые 20 — мозги. Почему же нас удивляет, что организм может сформировать недостающую кровеносную и нервную систему вокруг органа?

Михаил БАТИН:
Какое финансирование получает ваш институт от Пентагона? И есть ли в вашем институте лаборатория молекулярной генетики? И еще вопрос — сколько шагов нужно сделать, чтобы дойти до управляемой регенерации?

Энтони АТАЛА:
На пять лет мы получаем финансирование от Пентагона, равное примерно 85 млн долларов. В нашем институте 10 подразделений, которые занимаются абсолютно всем процессом — от разработки до внедрения. И одно из этих подразделений– лаборатория молекулярной генетики.
Последний вопрос трудный, на него пока нет ответа.
Мы не очень хорошо понимаем, как работает генетический механизм регенерации.

Андрей Васильев, зам. директора Института биологии развития им.Н.К.Кольцова
Андрей Васильев

Кевин УОРВИК, профессор кибернетики, Университет Рединга (Великобритания):
А можно ли использовать вашу технологию для косметических целей?

Энтони АТАЛА:
Конечно можно, но в первую очередь мы боремся с тяжелыми заболеваниями.

Александра БОРИСОВА, Газета.ру:
Сколько трансплантаций было уже сделано?

Энтони АТАЛА:
Клинические испытания прошли только технологии по пересадке кожи и хрящевой ткани. Выращивание и пересадка всех остальных органов находятся в процессе клинических испытаний, и для них требуется 10-20 пациентов в каждой клинической группе. Это процесс небыстрый.

Андрей ВАСИЛЬЕВ, зам. директора Института биологии развития им. Н. К. Кольцова:
Работы Энтони Атала мы хорошо знаем и развиваем его идеи в России как можем. Почти 25 лет назад у нас в институте начали разрабатывать технологи пересадки кожи, выращенной из стволовых клеток. И сейчас эта методика уже освоена. Яркий пример — в РДКБ так спасли девочку, с 70% ожогом кожи. Другая технология, которую мы освоили со специалистами Института онкологии им. П. А. Герцена — восстановление гортани с помощью выращенных стволовых клеток.
Сегодня из людей, которым за семь лет восстановили гортань, можно уже
сформировать большой хор.
Совместно с Институтом глазных болезней им. Г. Гельмгольца у нас отлажена методика восстановления роговицы с помощью донорских стволовых клеток. Этой технологии уже 11 лет, и в половине случаев людям удается вернуть зрение, а в остальных случаях — как минимум гарантирован косметический эффект.
В нашем институте довольно много направлений исследований. Мы занимаемся выращиванием уретры, трахей, инсулинпродуцирующими и гепатоцитоподобными клетками.
Сегодня уже очевидно, что эффективность фармакологического подхода исчерпана, поэтому методы регенеративной медицины могут быть прорывом во многих областях.

Сергей Киселев, Институт общей генетики им.Н.Вавилова РАН
Сергей Киселев

Сергей КАТАСОНОВ:
Во всех этих технологиях используются, как я понимаю, аллогенные клетки, то есть донорские?

Андрей ВАСИЛЬЕВ:
И донорские, и собственные. Они конкурируют по эффективности.
Если речь идет о замещении ткани, то это трансплантаты из собственной ткани. А если просто о стимуляции, то это могут быть донорские клетки, которые стимулируют собственную регенерацию, а потом со временем замещаются собственными клетками.

Александра БОРИСОВА, Газета.ру:
Говорят, что проблема отторжения донорских клеток — это только верхушка айсберга. Многие боятся, что эти технологии провоцируют злокачественные заболевания.

Андрей ВАСИЛЬЕВ:
Да, ясности пока нет. В этом плане ученое сообщество разделилось надвое. Поэтому, с моей точки зрения, собственные стволовые клетки не надо использовать в косметологии. Для этого должны быть серьезные жизненные показания.

Сергей КИСЕЛЕВ, доктор биологических наук (Институт общей генетики им. Н. Вавилова РАН, Курчатовский институт):
Человечество использует стволовые клетки довольно давно. Но новые технологии не ограничиваются ими. Например, есть еще генная терапия, которая может быть мощным оружием в борьбе против рака, в восстановлении ишемизированных конечностей и при других серьезных заболеваниях.

Любовь СТРЕЛЬНИКОВА:
Мы, конечно, надеялись получить конкретные прогнозы от лучшего специалиста по регенеративной медицине Энтони Атала. Но он, как истинный ученый, был очень осторожен.
И все же мы надеемся, что поскольку помимо его института, эти методики уже осваивают в 12 международных центрах, дело потихоньку движется, и как только будут закончены клинические испытания, человечество получит новый шанс.

 
© 2002-2015
Фонд Дмитрия Зимина
«Династия»

Карта сайта RSS RSS
127006, Россия, Москва, 1 Тверская-Ямская, д. 2, стр. 1, 4 этаж, офис 400
Тел.: +7 (495) 969-28-83
Факс: +7 (495) 969-28-84
E-mail: contact@dynastyfdn.com
Как нас найти


25 мая 2015 года Фонд Дмитрия Зимина «Династия» внесен Министерством юстиции РФ в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента».